Впечатления и замечания о работе новой версии присылайте на notice@olimpiada.ru. Старая версия доступна по адресу info.olimpiada.ru
Интервью

Михаил Левин: «Математика — очень ёмкая вещь: научился решать задачи — дальше всё в жизни просто — решаешь, как задачи»

Как найти себя, не потерять мотивацию даже после поражения и не верить в приметы, корреспонденту Olimpiada.ru рассказал Михаил Левин – руководитель службы анализа больших данных Yandex Data Factory в «Яндексе», призёр всероссийских олимпиад по математике в 2001 и 2002 годах, многократный победитель и призёр международных студенческих чемпионатов по программированию.
Анна Титова 25 марта 2015
 Английский язык Астрономияи еще 19 предметов

Как найти себя, не потерять мотивацию даже после поражения и не верить в приметы, корреспонденту Olimpiada.ru рассказал Михаил Левин – руководитель службы анализа больших данных Yandex Data Factory в «Яндексе», призёр всероссийских олимпиад по математике в 2001 и 2002 годах, многократный победитель и призёр международных студенческих чемпионатов по программированию.

Расскажи, чем ты сейчас занимаешься в «Яндексе»?

Михаил Левин: На самом деле я много чем в «Яндексе» занимаюсь. Основное занятие сейчас – это Yandex Data Factory. Это новое направление по работе с большими массивами данных. Идея состоит в том, чтобы взять наши алгоритмы в машинном обучении и применить их к задачам других бизнесов, которые накопили данные в больших количествах.

Второе – это факультет компьютерных наук, который мы открыли совместно с «Высшей школой экономики». Курсы я сам не веду, я их организую, чтобы была программа, чтобы нашлись хорошие преподаватели. В большой степени преподаватели – это  профессиональные разработчики.

У нас есть очень амбициозная цель – попасть в топ-30 в мире по рейтингу computer science-факультетов. И мы всё делаем так, чтобы прийти к такой высокой цели.

Третье – Школа анализа данных «Яндекса». Я один из членов совета ШАД, т.е. тех людей, которые занимаются ШАДом в целом. Также я организую курс по алгоритмам и структурам данных и курс по машинному обучению на больших данных, выстраиваю специализацию больших данных в ШАДе.

Ещё школьником ты становился призёром математических олимпиад, студентом побеждал в международных чемпионатах по программированию. Как это получилось, ты ведь учился в лингвистической школе?

М. Л.: Была школа с углубленным изучением английского языка. Это была одна из лучших школ в Ростове-на-Дону. Родители отдали меня туда, потому что считали, что английский очень важен. Там хорошо учили всему: троечники, когда оттуда уходили, в других школах становились отличниками. Не могу сказать, что там сильно учили математике, я скорее учился самостоятельно по книгам, плюс эпизодически со мной занимались разные преподаватели, которые мне очень много дали. Систематически со мной никто не занимался. Остальным предметам хорошо учили. Например, английский, я как в школе выучил, так и пришёл с ним в «Google», и сейчас, уже в Yandex Data Factory, я могу совершенно свободно общаться с нашими международными партнерами.

А почему именно математикой занялся?

М. Л.: Просто с детства было интересно. У меня никаких сомнений не было, в отличие от большинства окружающих меня людей. В 9 классе я твердо знал, что буду учиться на мехмате МГУ. Я знал, что мне это будет интересно, понимал, что у меня точно будет какой-то диплом на «всероссе», и не надо будет сдавать экзамены или волноваться, поступлю или нет. Точно знал, чего именно мне хочется. Хотя это и менялось раз в несколько лет, но в каждый момент времени я четко понимал, что именно мне надо. Других вариантов не рассматривал.

Мне нравилось решать задачи и участвовать в соревнованиях. В то время это был чуть ли не единственный способ изучить computer science в России.

Расскажи о твоем олимпиадном опыте.

М. Л.: На всероссийскую олимпиаду по математике я первый раз попал в 9 классе, как это по стандартной схеме и бывает. Тогда похвальную грамоту получил. Потом два года становился призёром. Был кандидатом в сборную на международную олимпиаду. Но не попал, потому что «всеросс» написал плохо. Моим лучшим результатом было 5 место на зимних сборах. Отсюда появилось только большее желание продолжать участвовать в олимпиадах в университете и всё-таки выйти на международный уровень. Этого мы с командой на 5 курсе добились в итоге, но уже в программировании.

То есть в студенческих олимпиадах ты участвовал, потому что очень хотелось победить на международном уровне?

М. Л.: Не совсем. В первую очередь мне нравилось решать задачи и участвовать в таких соревнованиях. Ну и в то время это был чуть ли не единственный способ изучить computer science в России. Знания передавались участниками друг другу от более опытных остальным и от тренеров команд на разборах задач. Также мы сами изучали то, что нужно было, чтобы побеждать, а получилось, что заодно таким образом глубоко разбирались в алгоритмах и структурах данных.

В 2007 году появился ШАД (Школа анализа данных). Это место, где действительно есть хорошие курсы по алгоритмам и по другим дисциплинам. Потом это стало появляться везде. Сейчас  не обязательно участвовать в олимпиадах, чтобы получить хорошее образование. Хотя для некоторых людей более оптимально получать знания и навыки именно соревнуясь.

Почему люди и после университета занимаются спортивным программированием? Ты ведь и сам до сих пор участвуешь в различных соревнованиях.

М. Л.: У меня сейчас времени мало. Я «for fun» исключительно участвую. Единственная нормальная причина для занятий спортивным программированием – людям нравится решать задачи и соревноваться в этом. В первую очередь – решать задачи, а не соревноваться. Если это искренне нравится, то этим можно заниматься серьезно и тратить много времени.

Математика – это основа основ. Математическую культуру я получил именно на олимпиадах по математике.

Помогает ли в жизни опыт, приобретенный на олимпиадах?

М. Л.: Во-первых, помогает, когда надо быстро большое количество простеньких программ написать. Во-вторых, помогает разбираться в ещё более сложных алгоритмах, типа распараллеливания. В-третьих, помогает быстро отлаживать программы, не важно, маленькая это программа, большой проект или же что-то, вообще не связанное с программированием. Я вижу, что часто мне довольно просто придумать, как искать  баг в каком-то большом проекте или workflow, как его отладить, даже если я довольно мало погружен в его реализацию.

Ты сейчас про студенческие олимпиады?

М. Л.: Да.

А школьные олимпиады по математике помогли в чём-то?

М. Л.: Математика – это основа основ. Математическую культуру я получил именно на олимпиадах по математике. Наверно, вместо этого можно было поучиться в хорошей математической школе. Их в стране 10-20. На остальные уже не хватило преподавателей, которые могут математическую культуру привить. Конечно, для меня участие в олимпиадах было основой. Это было более качественное образование. Да, помогли, но другим способом это образование получить тоже можно. Но мало у кого есть возможность. Я не могу сказать, что было бы, если бы я в олимпиадах не участвовал, по-другому как-то занимался математикой. Сложно представить, каким образом это могло получиться. Других способов не существовало.

Победа в какой олимпиаде для тебя стала самой значимой?

М. Л.: Кардинально отношение к жизни у меня поменялось после нашей победы на полуфинале, когда мы вышли в финал чемпионата мира. Именно вышли. Потому что потом у меня была одна медаль, другая медаль – это уже была какая-то профессиональная деятельность. А именно факт выхода для меня был очень существенной вехой в жизни, после которой я к себе стал относиться по-другому, мироощущение поменялось. Это был успех, который дал мне ощущение того, что у меня получается чего-то добиться. От этого как-то расслабляешься, начинаешь больше верить в свои силы.

До этого у меня уже появлялись какие-то предрассудки. Например, у олимпиадников примета есть: нельзя перед контестом есть сливы или что-то со сливочным маслом, то есть если там есть слово «слив» – значит «сольёте». Или за день до олимпиады не надо решать задачи. Можно настолько загрузить голову, что на следующий день ничего решить не сможешь. На самом деле не так всё это важно. Когда понимаешь, что ты можешь получить хороший результат, ты меньше заморачиваешься всякими глупостями.

Очень правильно не зацикливаться на чем-то одном, а развиваться в нескольких разнообразных направлениях. Но, тем не менее, надо найти то, чем ты сам будешь заниматься без дополнительных «пинков», с удовольствием, по много часов в день.

Что бы ты посоветовал делать школьникам, чтобы добиться таких же успехов на олимпиадах и, вообще, в жизни?

М. Л.: Надо найти ту область, которой действительно нравится заниматься до такой степени, чтобы можно было сидеть по восемь-десять часов в день без каких-то дополнительных поощрений, просто хотелось сидеть и заниматься этим. Помню, что математикой я занимался именно так: сидел просто дома с книжками и решал задачи по много часов в день, без каких-то напоминалок, каких-то глобальных целей. Я просто хотел этим заниматься, и всё. Если такое занятие найдено, то дальше остаётся только посвящать этому время. Отбирать его у того, что не настолько полезно или нравится. Хотя мне помогло в жизни и то, что я занимался не только математикой: я и музыкальную школу закончил, и английский язык знаю. Очень правильно не зацикливаться на чем-то одном, а развиваться в нескольких разнообразных направлениях. Но, тем не менее, надо найти то, чем ты сам будешь заниматься без дополнительных «пинков», с удовольствием, по много часов в день.

Как найти такую область?

М. Л.: Мне кажется, перебором, или же оно само тебя найдёт. Когда ты маленький ребенок, за тебя это делают родители. То есть мама принесла одну книжку, другую, увидела, какую я читал и не мог оторваться, и принесла ещё 10 таких же. Дальше само пошло. Я плохо помню, но вроде как я вырос на книжках Перельмана, которые мама приносила.

Что бы ты пожелал детям, которые сейчас едут на «всеросс»?

М. Л.: В первую очередь оптимизировать себя нужно не под результаты олимпиад, а под какую-то долгосрочную пользу, которую они получают от решения этих задач. Нужно просто уметь решать задачи, все. Не надо любить какие-то темы и не любить. Если ты какую-то тему не любишь, это повод задуматься: а не стоит ли мне, наоборот, в этой теме побольше задач порешать. Я в своё время прорешал несколько глав Прасолова, после чего просто стал решать всю геометрию. Если уж математика интересна, то дальше как-то странно дифференцировать: это нравится, это не нравится. На школьном уровне надо все задачи хорошо решать. Это останется с вами на всю жизнь. Математика – очень ёмкая вещь: научился решать задачи – всё, дальше всё в жизни просто – решаешь, как задачи.

Ну а тем, кто решил заняться computer science, советую поступать к нам на факультет компьютерных наук в ВШЭ.

Беседовала Анна Титова

Комментариев пока нет. Выскажитесь первым