Впечатления и замечания о работе новой версии присылайте на notice@olimpiada.ru. Старая версия доступна по адресу info.olimpiada.ru
Интервью

Елена Вигдорова: «Талантливым детям тесны рамки ЕГЭ»

В каких олимпиадах школьников по литературе интересней участвовать, почему не все победители и призеры олимпиад подтверждают свои успехи 75 баллами ЕГЭ рассказывает Елена Вигдорова, преподаватель литературы в РГГУ и участник проекта «Арзамас».
Наталья Иванова-Гладильщикова 11 августа 2016
 Литература

Мы поговорили с Еленой Вигдоровой, известным преподавателем литературы, много лет работавшей на факультете довузовской подготовки РГГУ, а сейчас - одним из участников проекта «Арзамас», о том, в каких олимпиадах школьников по литературе интересней участвовать. А еще – о том, почему не все победители и призеры олимпиад высокого уровня подтверждают свои успехи необходимыми 75 баллами ЕГЭ.

Интервью также опубликовано на сайте polit.ru.

- Елена Исааковна, как вы относитесь к выбору между ЕГЭ и олимпиадами? Каким детям лучше сосредоточиться только на ЕГЭ, а каким – и на олимпиадах? И вообще: ЕГЭ – это зло (как считают многие) или добро?

- ЕГЭ при всех своих недостатках победил коррупцию в основных московских престижных вузах. Его структура хорошо продумана. Конечно, при проверке этого экзамена требования носят формализованный характер. Но, наверное, иначе трудно избежать субъективности в оценках. И все же, на ваш вопрос – зло или добро – я отвечу так: добро. Я – за ЕГЭ. Но…как бы это сказать… за ЕГЭ с человеческим лицом.

- Как строится ЕГЭ по литературе?

- В ЕГЭ по литературе есть 12 вопросов, которые требуют однозначного ответа. Их проверяет компьютер. Вопросы могут касаться жанра произведения, отрывок из которого дан школьнику, фамилии героя, упоминающегося в отрывке, художественного средства, которое использует автор, композиции. Вопросы и не слишком упрощенные, но и не бог весть какие трудные. А дальше в ЕГЭ идут пять сочинений, из них четыре – маленьких. Это – развернутый ответ на вопрос, но требования к нему - как к миниатюрному сочинению: вступление, вывод, два тезиса, и к каждому – аргументы. Другой тип маленького сочинения такой, пусть упрощенный, но род интертекстуального анализа: надо ответить на вопрос, где еще встречаются подобные проблемы и герои. И на финише - одно большое сочинение. Тему можно выбирать из трех вариантов. Темы абсолютно традиционные. Во всем этом и нет ничего страшного, и сочинения никто не отменил, и писать дети учатся в разных жанрах - размерах. Так что никакого такого специального оболванивания школьников не наблюдается.

- Кому все-таки есть смысл «делать ставку» на олимпиады?

- ЕГЭ по литературе особого творчества не предполагает. Поэтому, олимпиады мне кажутся большим подспорьем для детей, которые поступают на филфаки. Помимо того, что их победители и призеры пользуются льготами при поступлении в вузы, олимпиады обладают, на мой взгляд, еще и обучающим свойством.

Почти всегда они состоят из двух туров. Один заочный, а другой очный. Так, на заочном туре олимпиад «Покори Воробьевы горы» и «Ломоносов» дети должны написать сочинения, и им предлагаются серьезные филологические темы, которые всегда бывали на вступительных экзаменах на филфак МГУ. Они требуют и знания текстов, и умения ориентироваться в культурно-историческом пространстве, и владения филологическим инструментарием. В этом году на заочном туре олимпиады «Покори Воробьевы горы» была такая тема: «Приемы комического в «Отцах и детях» Тургенева». Заметьте, не у Гоголя (что было бы обычным), а у Тургенева. Иначе говоря, тема и серьезная, и нетривиальная. Она дала повод детям вспомнить (или выяснить – им ведь дают на это несколько дней), что такое «комическое», какие бывают приемы (вот сатира, вот сарказм). Детям-филологам это страшно интересно. Такие сочинения пишут дома. И тут можно советоваться, перечитывать тексты.

- А если такое исследование написал учитель (тур ведь заочный)?

- Ничего страшного. Кого он – учитель или ребенок - обманет или обскочит таким образом? Просто на очном туре не победит. К тому же, учитель, который способен написать сочинение на нетривиальную тему и заработать 90 баллов, может и хорошо научить ученика. Это, разумеется, лишние усилия для проверяющих, но серьезные вузы заинтересованы в том, чтобы набрать сильных студентов. Так мне кажется…  Насколько я знаю, лишь немногие из получивших столь высокие баллы на заочном туре совсем проваливаются на очном. Олимпиада «Ломоносов» строится по похожему принципу. Только выбор тем гораздо больший.

На олимпиаде «Высшая проба» первый тур – тоже заочный: там, в режиме он-лайн – нужны быстрые ответы на вопросы. А потом, в марте, как и на олимпиадах МГУ, - очный тур. Там темы другого характера, но тоже очень интересные и, главное, разные. Например, «Образ леса в русской поэзии», сравнение стихотворения Мандельштама и Пастернака, анализ и комментарий стихотворения – в какой-то из годов – весьма непростого стихотворения Льва Лосева. В этом – «Гамлет» Пастернака. Или такая тема: антиутопия в русской и мировой литературе (на «Высшей пробе» бывают темы, которые можно писать по зарубежной литературе).

Есть олимпиада второго уровня «Турнир Ломоносова». Мне она очень нравится. На мой взгляд, некоторый недостаток этой олимпиады в том, что она начинается в сентябре, когда дети еще не включились в учебу. Но на первом туре надо что-то сочинить (например, отгадать шараду, придумать свою), сообразить, проявить эрудицию. Строго говоря, это не так уж и связано с включенностью в учебный процесс. Второй тур – традиционное сочинение (например, образ Гамлета в русской литературе). Победителям и призерам ТурЛома Высшая школа экономики дает 100 баллов за ЕГЭ. МГУ и РГГУ – нет.

Всероссийская олимпиада хороша тем, что у нее много уровней. И на каждый этап отводится по 5 часов. Но на Всероссе требуются бойцовские качества – высочайшая конкуренция обязывает. И вот в течение учебного года (а некоторые олимпиады и в 10 классе работают) дети пишут довольно много разных сочинений. И это само по себе мне нравится. И еще. На олимпиаду идти не так страшно, как на ЕГЭ – она не столь судьбоносна. На одной не победил, есть шанс победить на другой.

Победители и призеры всех олимпиад, кроме Всеросса, должны подтвердить свои высокие результаты 75 баллами за ЕГЭ по литературе. А ведь можно было бы и так – если уж надо подтверждать, что ты не случайно и не по блату получил призовое место, то подтверди одну олимпиаду другой, или, например, можно подтвердить баллами ЕГЭ, а можно – другой олимпиадой.

- Да, ведь, как это ни парадоксально, получить эти 75 баллов удается далеко не всем победителям олимпиад? Почему?

- Увы, это так. Для начала, замечу, что в этом году ЕГЭ по литературе произвел на меня хорошее впечатление: я видела 35 сканов разных работ, и оценки были адекватными. Да и первые дни апелляции были вполне человеческими. Ведь существует правило, что все спорные случаи должны решаться в пользу ребенка. Так они и решались. Но в последний из трех дней апелляций у экспертов либо кончились баллы, либо вежливые слова. Не только не прибавляли баллов, но и обижали (спрашивали: а зачем вы вообще идете в филологический вуз?).

В этом году мне очень не понравилась история с мальчиком Сашей З., победителем олимпиады «Ломоносов», который не смог получить необходимых 75 баллов на ЕГЭ.

-Как такое могло случиться?

- Ну, вообще-то такие истории бывают. С одной стороны, талантливым детям тесны рамки ЕГЭ. Они начинают слишком глубоко копать, порой усложнять простые вопросы, понимать их как-то не так, как принято, по-своему анализировать стихотворение. А с другой стороны, мне кажется странной система пересчета баллов на ЕГЭ. Мы имеем 100 баллов вместо «5», и, казалось бы, это позволяет учитывать нюансы. Но на деле это не так. Есть баллы первичные, а есть те, которые получаются после их пересчета. Вот смотрите: по первичным баллам абитуриент получает максимально 12 баллов за первые 12 вопросов, затем - по 4 за каждое маленькое сочинение и 14 – за большое. То есть, всего – 42 балла. Что после пересчета соответствует 100.

- Как происходит пересчет?

- Первые 12 баллов, кажется, удваиваются. Дальше – только когда ты получил 35 баллов, они начинают удваиваться-утраиваться. Но потеря даже одного балла при пересчете, может привести к тому, что вы не наберете 75 баллов. Сказал, например, что «Гроза» не драма, а трагедия, отвечая на вопрос, как Островский определил жанр «Грозы», - потерял один первичный балл. Но это ведь совсем не грубая ошибка. Или – получил за маленькие сочинения не четыре, а три балла, да еще два балла потерял на большом сочинении, и в итоге, при пересчете получаешь 71 или 73 балла. А нужно 75!

- Давайте вернемся к нашему мальчику.

- Давайте. В маленьких сочинениях на ЕГЭ этого года в одной из тем было стихотворение Булата Окуджавы «Последний троллейбус». Там задавался вопрос: что символизирует этот «последний троллейбус». Мальчик, для которого «синий троллейбус» - это поэтический образ (он просто не может помнить, что троллейбусы в 60-е годы и были синими) пишет о том, что это стихотворение - про творчество. И рассуждает в этом русле. Дальше – больше. От него в следующем задании требуется привести в пример стихотворения других поэтов про тоску. И этот мальчик, который пишет о творчестве, и примеры приводит тоже - о творчестве. Тут и пушкинский «гений чистой красоты» (и не забыл Жуковского с его «Лалла Рук», где и появился этот «гений чистой красоты» как символ поэзии), и Пастернак - «Февраль. Достать чернил и плакать». И происходит другая роковая ошибка: он называет это стихотворение «Февраль», а не по первой строчке. И этот пример ему не засчитывается. В итоге, за Окуджаву – ноль, за «Февраль» - ноль. На апелляции ему поднимают всего 1 балл. Это, несмотря на то, что он приносит рецензию на свое сочинение автора монографии о творчестве Окуджавы Ольги Розенблюм, которая там пишет, что его трактовка хороша. Еще он ссылается на статью известного исследователя творчества Пастернака Константина Поливанова (казалось бы, Поливанова, автора учебника по литературе ХХ века, эксперты должны знать) «Стихотворение Пастернака «Февраль». Апелляция не проходит. Там сидят 12 экспертов, которые заявляют мальчику: специалисты, на которых он ссылается, не являются экспертами по ЕГЭ и не проходили специальных курсов. Была засчитана и речевая ошибка (для доказательства своей правоты, мальчик сослался на специалиста из Института русского языка и автора линейного учебника по русскому языку Е.Я. Шмелеву).

Надо сказать, что мама мальчика, при этом присутствовавшая, не смирилась с тем, что произошло. Она подала жалобы в вышестоящую организацию – Рособрнадзор, получила абсолютно пустой ответ, после чего добилась приема в отделе надзора и контроля за проведением государственной итоговой аттестации Рособрнадзора (это та инстанция, которая контролирует работу Конфликтной комиссии и может проверить законность их действий).  Этот отдел и передал работу на перепроверку Федеральной предметной комиссии.

И знаете, чем дело кончилось? Члены новой комиссии согласились и с тем, что с «Полночным троллейбусом» все в порядке, и что речевая ошибка, которую оспаривает Шмелева, не ошибка, и что назвать стихотворение Пастернака «Февраль. Достать чернил и плакать…» так, как назвал его мальчик в сочинении и Поливанов в статье, не заслуживает снижения. Иначе говоря, ни со Шмелевой, ни с Поливанова, ни с Розенблюм справку, что закончили курсы экспертов ЕГЭ, требовать не будут, а их авторитета достаточно, чтобы эти ошибки снять.

- А почему же тогда не подняли баллы?

- А дело в том, что новая комиссия нашла другую речевую ошибку (которую, впрочем, тоже легко оспорить, но специалист из Института русского языка, естественно, рядом с мамой не стоит). Что же касается задания, где упоминалось стихотворение Пастернака, комиссия сказала, что, несмотря на отсутствие ошибок, текст звучит неубедительно. Один балл они, впрочем, на бедность подарили. И стало их 73. А, если бы еще один добавили, то было бы их – при пересчете – 78! В итоге, этот талантливый выпускник имеет 73 балла, не подтверждающие победу в олимпиаде первого уровня!

Это единственная такая история в работе комиссии 2016 года, которая мне известна. Может быть, их больше, а может, она и вправду одна. Но, знаете, золотое клеймо неудачи я и на одном юном лице не хотела бы видеть.

- Какой вывод может быть сделан?

- ЕГЭ должны проверять профессионалы, не зацикленные на чисто формальных требованиях и не боящиеся исправлять свои ошибки. Просто, по-моему, стоит помнить, что мы имеем дело с подростками, которым нет еще 18 лет, что несправедливость может выбить их из колеи, что нам, взрослым, лучше признать свою ошибку, чем воздвигать непреодолимые баррикады между экспертами (учителями!) и школьниками-выпускниками. Ведь, как говорил Пьер Безухов, как просто!

Беседовала Наталья Иванова-Гладильщикова

Комментариев пока нет. Выскажитесь первым