Впечатления и замечания о работе новой версии присылайте на notice@olimpiada.ru. Старая версия доступна по адресу info.olimpiada.ru
Интервью

Без ограничений и на равных: как дети с инвалидностью участвуют в олимпиадах

Сегодня ограниченные возможности здоровья не должны быть препятствием для участия ребят в олимпиадах. Над воплощением этой идеи в жизнь в Центре педагогического мастерства работает команда отдела инклюзивных проектов. Мы поговорили с его начальницей Татьяной Голенищевой-Кутузовой о том, с какими трудностями они сталкиваются, каких успехов добились и как «перевести» задания лингвистической олимпиады на шрифт Брайля.
Ксения Донская 12 февраля 2018

С чего начались инклюзивные проекты Центра педагогического мастерства?

Четыре года назад к нам обратился Сергей Витальевич Шариков. Он возглавил проект школы №109 под названием «УчимЗнаем», который помогает получить образование детям, находящимся на длительном лечении. Первыми площадками, где начал реализовываться этот проект, стали национальный центр детской гематологии, онкологии и иммунологии имени Димы Рогачева и Российская детская клиническая больница. Сергей Витальевич предложил совместно организовать внеклассную деятельность для ребят: кружки, факультативы, олимпиады. Так мы начали проводить обычные олимпиады прямо в этих больницах. А для тех, кто показал хороший результат и интерес к более глубокому изучению предмета, мы стали организовывать занятия (в том числе, индивидуальные). С этого момента и появился наш отдел, а потом мы потихоньку разрастались.

«УчимЗнаем»

Биологический праздник для детей, находящихся на длительном лечении в центре имени Димы Рогачева

Чем конкретно занимается ваш отдел?

Во-первых, четыре наших сотрудника работают над тем, чтобы обеспечивать необходимые условия для детей с инвалидностью при проведении олимпиад. Мы работаем и со школами, где массово обучаются такие ребята, и с отдельными обращениями, поступающими от детей и их родителей. Во-вторых, в ЦПМ есть довольно большой коллектив, который разрабатывает разные методические пособия как для детей с инвалидностью, так и для обычных детей. И естественно, мы привлекаем всех специалистов центра, когда нам это необходимо. Например, если надо подготовить ребенка по филологии, то мы идем к филологам, если есть вопросы по физике, то к физикам, и так далее.

Отдел инклюзивных проектов

Ограниченные возможности здоровья не мешают ребятам ставить перед собой цели, иметь увлечения, получать новые знания и соревноваться

Соответственно, нужна ли какая-то специальная подготовка для работы с детьми с ограниченными возможностями?

Долгое время считалось, что для этого требуется специальное образование, и часто в специализированных школах занятия ведут скорее дефектологи, чем предметники. Вместе с тем, довольно многие дети могут учиться у совершенно обычных преподавателей, которые увлечены своим делом и умеют заинтересовать. Конечно, некоторая специфика есть, но ее можно усвоить на месте. Кроме того, даже учителя, которые постоянно работают с особыми детьми, не всегда до конца понимают суть этой специфики. Например, бывает, что они начинают жалеть своих учеников. Но не надо забывать, что ограниченные возможности здоровья не мешают ребятам ставить перед собой цели, иметь увлечения, получать новые знания и соревноваться.

Если жалеть нельзя, то как следует себя вести? Подстраиваться под ученика?

Нужно создавать условия, в которых он сможет участвовать в олимпиадах со всеми на равных. Понятно, что если ребенок незрячий, то мы не можем посадить его в обычную аудиторию и дать ему обычные задания. Но как только мы дали ему вариант, выполненный шрифтом Брайля, предоставили возможность набирать ответы на компьютере или записывать их на Брайле и выделили больше времени (потому что чтение заданий и запись решений для незрячих детей – более долгий процесс), то дальше эти ребята могут соревноваться с обычными детьми, становиться призерами, достигать успеха. Понятно, что остаются проблемы с графической информацией: карты в истории и географии, схемы и графики. Но недавно мы замахнулись даже на то, чтобы перевести задания олимпиады по лингвистике на шрифт Брайля, хотя тут есть свои сложности с различными алфавитами, особенно со всякими надстрочными значками, а также алфавитами, отличными от кириллицы и латиницы. И это задача, которая стоит перед нами, как перед организаторами. Стоило ее решить, и уже сегодня у нас девять незрячих ребят приняли участие в отборочном туре Традиционной олимпиады по лингвистике и почти все прошли в финал.

Задание олимпиады по физике, переведенное на шрифт Брайля

Сейчас у нас в отделе начала работать замечательная незрячая девушка, студентка третьего курса филологического факультета Высшей школы экономики Оксана Осадчая. Благодаря ее помощи у нас появилась возможность «переводить» на шрифт Брайля лингвистические задачи, задания на древнерусском для Всероссийской олимпиады по русскому языку. Мы учим ребят, как пишутся разные буквы, как они читаются, какие есть особенности, и дальше они могут участвовать наравне с остальными.

Чтобы участвовать в олимпиаде, ребята должны, прежде всего, о ней узнать. Откуда сейчас дети, которые учатся в спецшколах или находятся на длительном лечении, узнают о соревнованиях?

Это довольно важная тема, потому что на данный момент основной источник информации об олимпиадах как для родителей, так и для детей – это школа. Здесь все зависит именно от нее. Если директор и учителя хотят в этом участвовать, видят в этом смысл, то все получится. Так произошло, например, со школой для обучения и реабилитации слепых №1: ее директор Иван Владимирович Вишнивецкий решил, что его дети будут участвовать в обычных олимпиадах. Мы начали с ним работать, думать, в каком формате проводить соревнования, по каким предметам. В результате, уже третий год учащиеся этой школы активно участвуют в крупных олимпиадах школьников. Многие показывают хорошие результаты, становятся призерами и даже победителями соревнований. Так что настрой и желание директора школы действительно играет большую роль. То же самое произошло в школе для слабовидящих детей СКОШИ №2.

Мы также видим, насколько важна заинтересованность администрации, на примере школы в Российской детской клинической больнице и центре Димы Рогачева, где Сергей Витальевич Шариков с коллегами решил, что ребятам олимпиады пойдут только на пользу, что это даст им мотивацию к выздоровлению. Нас начали пускать в палаты и отделения этих двух больниц. Мы смогли проводить олимпиады, организовать увлекательные лекции ярких педагогов и тематические научные праздники.

Кроме того, в этом году мы начали сотрудничать со школой «Технологии обучения». Они провели Турнир Ломоносова еще в шести больницах города Москвы, где обеспечивают учебу детей.

Получается, если говорить про сотрудничество, то тут отчасти человеческий фактор: насколько именно директору и учителям интересна такая идея?

Человеческий фактор здесь действительно играет большую роль, поэтому в декабре мы проводили конференцию для преподавателей и родителей детей-инвалидов совместно с советом родительской общественности, чтобы рассказать, какие возможности есть у таких детей, какие результаты они могут показать. К сожалению, очень многое упирается в то, что если ребенок приходит в первый класс, и ему говорят: «Ой ты бедный-несчастный, многого тебе не добиться», то на него вешают клеймо. Или, например, очень часто домашнее обучение бывает почти профанацией. Если с детьми с особенностями развития реально заниматься, то они могут достичь очень многого. Мы готовы создавать для них специальные условия, но для этого надо, чтобы талантливые ребята проявились.

Мы уверены, что в каждой школе есть ребята, которые могут проявить себя, если им помочь раскрыть талант

Сколько школ готовы сотрудничать уже сейчас?

У нас активно участвуют в олимпиадах две школы-интерната. Это школа для незрячих детей и школа для слабовидящих детей. Сейчас мы начали работать со школами для слабослышащих, в том числе, школой №1501, в которой есть такое отделение. Как я уже говорила, в этом году в восьми московских больницах прошел Турнир Ломоносова. Такая возможность появилась благодаря сотрудничеству организаторов олимпиады и педагогов, которые работают в этих лечебных центрах. Иногда школы обращаются по поводу конкретного ребенка, чтобы помочь ему участвовать в олимпиаде (например, ребенка на коляске или ребенка, нуждающегося в увеличенном шрифте). Мы всегда стараемся идти навстречу и помогать с организацией.

Часто ли школы говорят, что их ученикам такого не нужно?

К сожалению, да. Особенно школы закрытого типа, интернаты, где обучаются только дети с какой-то определенной особенностью здоровья, считают, что олимпиады вообще не для их воспитанников. Но мы уверены, что в каждой школе есть ребята, которые могут проявить себя, если им помочь раскрыть талант. Например, пока на олимпиадах почти совсем нет детей на инвалидных колясках. Но ведь сами же дети есть. И есть случаи успешного участия ребят с ДЦП, даже выигрывавших финал Всероссийской олимпиады школьников по математике. Но массово пока не удается до них достучаться, дать им возможность попробовать свои силы. При этом мы готовы организовать для детей с ограниченными возможностями передвижения точки проведения олимпиад с пандусами, предоставить все необходимые условия.

Если ребенок находится на длительном лечении в больнице, но хочет написать олимпиаду, что должны сделать родители?

В больнице в первую очередь должны быть согласны врачи. Если дети прикреплены к школе и она готова провести для них школьный этап Всероссийской олимпиады, то они могут обратиться туда и написать работу в больнице. Затем при необходимости мы организуем муниципальный этап – тоже прямо в больнице. Но на это нужно разрешение главного врача, не в любую больницу мы можем войти.

Также ребенок на домашнем или семейном обучении, находящийся на лечении, может участвовать в первом этапе ВсОШ дистанционно, для этого достаточно подать заявку. Если он пройдет на муниципальный этап и ему понадобятся специальные условия, то он может написать нам и мы постараемся помочь.

Вы говорите, что не во все больницы можете войти – это связано со сложным пропуском в эти больницы? Или это тот же вопрос, что и с директорами школ?

Больницы в России в принципе довольно закрытые, туда пускают только родственников в определенные часы. Если ребенок хочет написать олимпиаду, то конечно, мы готовы прерваться на какую-то процедуру, но для этого все равно нужна отдельная комната или класс, где он будет писать, или хотя бы палата, где ему никто не помешает. Должен быть стол или возможность писать на кровати, если он не может сесть. Очень многие врачи думают, что если у ребенка, например, онкология, то он ослаблен и ему не нужны никакие олимпиады. К счастью, Александр Григорьевич Румянцев, главный врач центра Димы Рогачева, наоборот считает, что многим детям необходимы соревнования, необходима точка роста, точка успеха. Например, они активно развивают робототехнику: в прошлом году девочка из этой больницы победила в олимпиаде «Абилимпикс» – это олимпиада профессионального мастерства для людей с ограниченными возможностями.

Насколько широк диапазон олимпиад, в которых сегодня могут принимать участие дети с ограниченными возможностями?

На данный момент мы говорим о тех олимпиадах, которые проводит Центр педагогического мастерства, а именно: Всероссийская олимпиада школьников, Московская олимпиада школьников, Турнир имени М. В. Ломоносова, «Музеи.Парки.Усадьбы», в которой в этом году в пилотном режиме появилась дистанционная форма (для детей с особенностями здоровья). И конечно, все ребята, у которых есть такая возможность, участвуют в наших онлайн-соревнованиях вроде замечательной олимпиады «Плюс» для начальной школы.

Задание олимпиады по географии

Каким образом и в каких случаях вы предоставляете помощь при подготовке ребенка к олимпиаде?

Если ребенок показал какие-то результаты и мотивацию (например, прошел на региональный этап), но при этом не может посещать обычные занятия в ЦПМ, то мы действуем в зависимости от обстоятельств. Это могут быть личные встречи раз в неделю-две с

поддержкой по интернету. Это могут быть дистанционные занятия с преподавателем по скайпу, часто этот вариант подходит для детей, которые лежат в онкоцентре, поскольку там нередко бывают карантины. Если мы говорим про спецшколы-интернаты, то там набирается целая группа и занятия проводятся прямо на месте, поскольку у детей нет возможности куда-то выезжать. Наконец, это могут быть индивидуальные занятия в ЦПМ. Мы надеемся, что в будущем ребята начнут ездить и на сборы со специальным сопровождающим. А год назад три незрячих девочки уже побывали в образовательном центре «Сириус» на олимпиадной смене по литературе.

Каких результатов удалось добиться за время существования отдела инклюзивных проектов? Может быть, вы можете рассказать об успехах конкретных ребят?

Каждый год в больницах есть призеры муниципального этапа Всероссийской олимпиады, а незрячие ребята два года подряд становились призерами регионального этапа, а также Московской олимпиады школьников. Можно вспомнить, например, замечательного Даниила Гаранина, который учится в выпускном классе школы-интерната для слепых. В прошлом году он был призером регионального этапа по химии, в этом году готовился с нашими преподавателями и снова очень хорошо выступил. Сейчас мы с нетерпением ждем утверждения результатов регионального этапа. Уверены, что он станет призером, а возможно даже победителем и пройдет в финал олимпиады. Или, скажем, в прошлом году три незрячие девочки участвовали в олимпиаде по филологии, одна из них, Аня Дворянчикова стала призером на Московской олимпиаде школьников, что помогло ей поступить, сейчас она учится на первом курсе филологического факультета Высшей школы экономики.

Начинать надо как можно раньше: в четвертом, пятом, шестом классе. Это то время, когда надо выявить способности детей и тех, у кого есть искорка, желание

Не секрет, что на Западе инклюзия развита гораздо лучше, чем у нас. Смотрите ли вы на опыт зарубежных коллег в отношении соревнований?

Мы, безусловно, обращаем внимание на тот опыт, который там есть. В том числе, на занятия лингвистикой с незрячими детьми нас воодушевил тот факт, что в Англии была незрячая девушка, успешно участвовавшая в олимпиадах по лингвистике. Или, например, мы знаем, что в США есть профессор химии, который потерял зрение и разработал методику занятий предметом с незрячими ребятами. Но мне кажется, что в каждой стране путь специфичен, все зависит от того, как вообще устроено школьное образование: где-то дети с особенностями развития не выделяются в отдельные школы, они сразу включены в общую работу класса, им помогают тьюторы, они не выпадают из учебы ни во время лечения, ни во время острых фаз. У нас пока инклюзия только начинает развиваться. Но мне кажется, что мы все-таки движемся в этом направлении. Например, тот же проект «УчимЗнаем» сейчас открывает филиалы своих школ в федеральных онкоцентрах по всей России. И успехи наших ребят говорят нам, что мы на верном пути.

Планируете ли вы в ближайшем будущем какие-нибудь нововведения и усовершенствования?

Да, во-первых, как я уже говорила, мы сейчас затеяли проведение олимпиад по лингвистике для незрячих, и это огромный проект и для нас, и для лингвистов. Во-вторых, мы очень надеемся в этом году достучаться до тех детей, которые находятся на домашнем обучении, чтобы эти ребята тоже проявили себя. В-третьих, мы начали работу со слабослышащими детьми и сейчас ездим по спецшколам и проводим диагностику. Причем мы поняли, что начинать надо как можно раньше: в четвертом, пятом, шестом классе. Это то время, когда надо выявить способности детей, найти ребят, у которых есть искорка, желание. И они могут выстрелить, но с ними обязательно надо работать.

Еще по теме
  
Комментариев пока нет. Выскажитесь первым